ГРУЗИНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
"История всемирной литературы"
XVII столетие было весьма важным периодом истории Грузии как в смысле общественно-политической ориентации страны, так и в ее культурно-историческом развитии. После «золотого века», как принято называть эпоху царствования царицы Тамар (1160—1213), настала тяжелейшая пора в жизни грузинского народа, именуемая «долгой ночью» (XIII—XV вв.), когда более чем десятимиллионное население грузинского государства в результате непрекращающихся нашествий несметных полчищ врагов сократилось почти в четыре раза и вся страна была опустошена и разграблена. Хорезмийцы, монголы, а с XV в. — персы-кызылбаши и турки-османы не прекращали попытки сломить и покорить Грузию.
Неоднократное вторжение чужеземных завоевателей имело тяжелые последствия. Крушение централизованной власти привело к созданию обособленных царств и княжеств и к междоусобице. Распад социальных устоев вызвал расстройство торговли, ремесленничества, обнищание крестьянства. Создавшаяся обстановка ужесточила социальный гнет и бесправие трудящегося люда, на который пала вся тяжесть эксплуатации со стороны иноземных поработителей и собственной олигархии.
Но «долгая ночь» XIII—XV вв., как это не раз бывало в истории Грузии, сменилась так называемым «возрождением», которое предопределилось усилением национально-освободительной борьбы и активизацией культурно-просветительской деятельности, начавшимися в XVI в. и достигшими особого размаха в XVII—XVIII вв.
Начиная с XVII в. интенсивно развиваются русско-грузинские связи как в государственно-политическом, так и в культурно-литературном плане. Прочные основы русско-грузинских дипломатических контактов были заложены еще в XV в., но только в XVI—XVII вв. многосторонние русско-грузинские связи приобрели регулярный и организованный характер. Этому способствовала общность не только государственно-политических, но и религиозных устремлений: оба народа исповедовали православие. В 1721 г. между Петром I и грузинским царем Вахтангом VI был заключен военно-политический союз, а в 1783 г. царство Восточной Грузии добровольно приняло покровительство России. Все это привело в конечном счете к полному разрыву с Ираном и Турцией, которые, стремясь помешать дальнейшему развитию союза Грузии и России, предприняли ряд опустошительных военных походов против Грузии.
Несмотря на то что историческая обстановка оставалась крайне неблагоприятной, русско-грузинские связи способствовали расширению и укреплению связей Грузии с Европой, которые начиная с XVII в. также приобрели устойчивый и многосторонний характер. Так возникла и окончательно оформилась новая общественно-культурная ориентация Грузии, основанная на последовательном сближении с Россией и европейскими странами.
Все это во многом обусловило возникновение ряда новых общественно-исторических и культурно-литературных процессов. Именно эти обстоятельства породили грузинское просветительство, которое начиная с XVII в. превратилось в мощное культурно-литературное движение.
Грузинская литература твердо и бесповоротно меняла свой облик. Преодоление современных восточных влияний, во многом обретших эпигонский и формалистический характер, сопровождалось в национальной литературе постепенным, но неуклонным ростом демократического самосознания и гуманистических идеалов, расширением социальной проблематики, приобщением к новым веяниям века, столь характерным для передовой европейской и русской культуры.
Но для всего последующего развития художественно-литературного процесса особенно важно то, что именно в этот период в грузинской литературе актуальная национальная тематика стала оттеснять успевшие обветшать традиционные мотивы восточных литератур с их отвлеченностью, цветистым и витиеватым стилем, сопряженным с подражательством.
Все эти культурно-идеологические сдвиги обновили и в идейно-художественном отношении обогатили грузинскую литературу, привели к ее значительному подъему. Этот творческий взлет (часто именуемый «возрождением») породил многих выдающихся писателей, и в частности, таких ярких поэтов, какими были Теймураз Багратиони (Теймураз I) и его собратья по перу, крупные мастера поэтического слова — Арчил Багратиони (Арчил II), Вахтанг Багратиони (Вахтанг VI), Нодар Цицишвили, Иосиф Тбилели, Сулхан-Саба Орбелиани, Димитрий Саакадзе и некоторые другие.
В XVII в. продолжается углубление секуляризации общественной мысли и литературы. Хиреет церковная письменность. Характерно, что хотя в теоретическом плане выдающиеся мыслители и писатели XVII и XVIII вв. (Теймураз I, Арчил и даже Гурамишвили) и признают примат церковно-религиозной литературы, но сами предпочитают придерживаться светских начал, заявляя, что читательские круги отвернулись от Евангелия, заодно чрезвычайно увлекаясь чтением светских произведений. Католические миссионеры докладывали Римской курии: что «грузины очень разумны, человеколюбивы», но в духовных предметах непросвещенны, а о католической вере имеют превратное представление. Они не любят слушать поучения и наставления, а увлечены чтением «Бежаниани», «Барамиани», «Ростомиани» и подобных им книг. Все же католические миссионеры имеют определенную заслугу в деле распространения в Грузии просвещения и грамотности. Практические запросы религиозной пропаганды вынуждали миссионеров изучать язык и культуру грузинского народа, сближаться с ним, переводить католическую литературу, сочинять на народно-разговорном языке проповеди с занимательными притчами и новеллами, печатать книги. Именно при содействии католических кругов берет начало в Риме в первой половине XVII в. грузинское книгопечатание. Католические миссионеры сохранили нам и первые записи фольклорных материалов.
Следует упомянуть об еще одной характерной особенности в истории грузинской литературы XVI—XVII вв. Это — большое увлечение стихотворной формой в ущерб литературной прозе. Не удивительно, что в этот период многие поэты приступили к переложению в стихи прозаических произведений предшествующих эпох. Так, братья Таниашвили, Сулхан и Бегтабег, переложили в стихи «Амирандареджаниани», Арчил — «Висрамиани», Мамука Тавакалашвили и Бардзим Вачнадзе — отдельные прозаические версии «Ростомиани». Настолько сильно было всеобщее увлечение стихотворной речью, что перелагались в стихи агиографические тексты, исторические хроники, грамматические сочинения и т. д. В результате подобного общественного пренебрежения к прозе, к сожалению, нередко гибли древние важные прозаические литературные памятники.
В XVII в. продолжалось жестокое засилие в Грузии персов-кызылбашей и оттоманских турок. Грузинский народ никогда не мирился с иноземными захватчиками и вел непримиримую, хотя и неравную борьбу за сохранение своей государственности, национальной самобытности и культуры. Политический диктат агрессивных государств сопровождался их стремлением к экспансии в области идеологии.
В среде некоторой части грузинского феодального общества, как и в художественной литературе, усилилось влияние вычурной и бедной в идейном отношении поэзии иранского Позднего Средневековья, когда фарсиязычная поэзия переживала кризис, приведший ее к упадку. Некоторые поклонники формалистической изощренности появились и в Грузии. Передовые круги грузинской просвещенной общественности во главе с известным поэтом и государственным деятелем Арчилом II (1647—1713), отрицательно оценивали увлечение фарсиязычной поэзией. В своей борьбе против персидского влияния в литературе Арчил II и его единомышленники опирались на богатейшие традиции грузинской поэзии, древнейшее народное творчество и на великое наследие Шота Руставели.
![](https://batumionline.net/forums/public/style_images/master/icon_users.png)
![](https://batumionline.net/forums/uploads/profile/photo-thumb-13.jpg?_r=0)
Культура Грузии
Автор
Селенка
, 30 апр 2007 13:16
Сообщений в теме: 26
#21
Отправлено 29 декабря 2008 - 17:29
#22
Отправлено 29 декабря 2008 - 17:33
***
Творчество выдающегося представителя литературы XVII в. Теймураза I (1589—1663) — новый этап в истории грузинской литературы. Теймураз прошел сложный жизненный путь. Активная деятельность на государственном поприще, долгая и непримиримая борьба против иностранной агрессии не помешали ему придать новый размах и новое звучание грузинской поэзии, поэтически проникновенно отразить тяжкие страдания своей родины и воплотить личные переживания.
Теймураз разнообразил содержание грузинской поэзии, обогатил ее новыми темами и жанрами, которые в дальнейшем широко распространились в грузинской литературе XVII—XVIII вв. К ним относятся «прения», «маджамы», «похвала плодов» и др. Теймураз ввел в грузинскую литературу также жанр стихотворения малой формы и смело поставил его наряду с эпическими полотнами. Его можно с полным правом считать первым лириком эпохи.
Теймураз заложил основы национально-исторического эпоса. Его «Мученичество царицы Кетеван», в котором он описывает страдания своей матери, — первое произведение, созданное в грузинской литературе на национально-историческую тему. Правда, в основе создания этой поэмы лежат сугубо интимные мотивы, но она — не единственная в творчестве Теймураза. Конкретно-исторической и национальной действительности посвящены также лирические стихи поэта «Изображение Тамары в Давид-Гареджа», «О славе Греми», «Ода» государю Александру и царице Нестан-Дареджан.
Поэмы Теймураза I: «Вардбулбулиани» («Соловей и роза»), «Шампарваниани» («Свеча и мотылек»), «Леил-Маджнуниани» («Лейла и Меджнун»), «Иосеб-Зилиханиани» («Юсиф и Зулейха») — считаются заимствованными из персидской литературы, однако их первоисточники до сих пор не обнаружены. Поэт заимствовал в этих произведениях лишь сюжетные мотивы, создавая на их основе оригинальные творения, достояние национальной культуры.
В творчестве Теймураза особое место занимают жалобы на коварство «бренного мира и судьбы». Это — одна из ведущих тем древнегрузинской литературы. Над этой вековечной проблемой ломали головы мыслители многих стран и народов, и нет ничего неожиданного в том, что в творчестве Теймураза она получила такое широкое отражение («Жалобы на мир» и др.). В поэзии Теймураза эти мотивы обусловлены тяжелой участью его родины. Трагедия эпохи определила судьбу Теймураза как царя и как поэта. В его творчестве личные переживания возвышены и обобщены до уровня страданий всего народа. Выражение этих страданий, сама судьба Теймураза и как царя, и как поэта связаны с эпохальными сдвигами, и он прежде всего выражает боль эпохи, страдания человека своего времени. Именно поэтому современники и восприняли Теймураза как великого писателя.
Теймураз усердно поддерживал отношения с Московским государством. В 1658 г. он посетил Москву, где вел переговоры с царем Алексеем Михайловичем. На протяжении всей жизни он оказывал сопротивление шаху Аббасу I, который не раз громил подвластную Теймуразу страну, замучил его мать, сестру, дочь и двух сыновей. В борьбе с кызылбашами погиб и его последний сын Давид. Теймураз не покорился, он всю жизнь оставался непреклонным борцом против могущественного Ирана. Умер он в ссылке в далеком Астарабаде.
Неустанно борясь против могущественного шаха Аббаса и его преемников, Теймураз испытывал влияние фарсиязычной поэзии, стремился перенести ее традиции на грузинскую почву. При этом он обращался не только к более поздним формалистическим произведениям фарсиязычных поэтов, но и к ее классическим образцам. «Сладость персидского языка породила во мне вожделение к стихотворчеству», — признавался он.
В своих лирических стихах Теймураз предельно искренен и выражает глубокую скорбь, порой переходящую в безысходное отчаяние. Так, в стихотворении «Жалоба на мир» он пишет:
Оглянись на мир бездумный — суетой ты соблазнен:
Кто вчера владел престолом, нынче предан и казнен,
Покорителя Вселенной жизни срок уже сочтен.
О, душа, уйди от мира — чем тебя прельщает он?
(Перевод И. Гуровой)
Поэт осуждает «тленный и вероломный мир», оплакивая судьбу своих близких, проклиная виновника народных и своих собственных бедствий — «кровопийцу», персидского шаха. Трогательно описывает Теймураз мученическую смерть своей матери Кетеваны, вызвавшую широкий резонанс во всей Европе (ее гибели посвящена известная трагедия А. Гриффиуса (1616—1664) «Катарина Грузинская, или Несокрушимая стойкость», а также ряд произведений и воспоминаний европейских авторов).
Кетевана была причислена впоследствии к лику святых. В поэме «Кетеваниани» Теймураз говорит в негодующих строках о зверствах полчищ шаха Аббаса в Кахети.
С мотивами тоски и скорби в поэзии Теймураза сочетаются мотивы чувственной любви («Спор вина и уст» и др.). Поэт пламенно воспевает любовные наслаждения и женскую красоту. Следуя поэтической манере некоторых фарсиязычных поэтов, Теймураз чрезвычайно увлекался словесной изощренностью. Он написал лирическую поэму «Маджама», отличающуюся виртуозностью формы, хотя и некоторой искусственностью и замысловатостью омонимичных стихов. Сравнительно немногие поэты и писатели последовали за Теймуразом. Из числа его последователей-современников следует упомянуть широкоизвестного поэта Нодара Цицишвили, переложившего на грузинский язык поэму о любовных похождениях Барам-Гура («Барамгуриани»).
Творчество выдающегося представителя литературы XVII в. Теймураза I (1589—1663) — новый этап в истории грузинской литературы. Теймураз прошел сложный жизненный путь. Активная деятельность на государственном поприще, долгая и непримиримая борьба против иностранной агрессии не помешали ему придать новый размах и новое звучание грузинской поэзии, поэтически проникновенно отразить тяжкие страдания своей родины и воплотить личные переживания.
Теймураз разнообразил содержание грузинской поэзии, обогатил ее новыми темами и жанрами, которые в дальнейшем широко распространились в грузинской литературе XVII—XVIII вв. К ним относятся «прения», «маджамы», «похвала плодов» и др. Теймураз ввел в грузинскую литературу также жанр стихотворения малой формы и смело поставил его наряду с эпическими полотнами. Его можно с полным правом считать первым лириком эпохи.
Теймураз заложил основы национально-исторического эпоса. Его «Мученичество царицы Кетеван», в котором он описывает страдания своей матери, — первое произведение, созданное в грузинской литературе на национально-историческую тему. Правда, в основе создания этой поэмы лежат сугубо интимные мотивы, но она — не единственная в творчестве Теймураза. Конкретно-исторической и национальной действительности посвящены также лирические стихи поэта «Изображение Тамары в Давид-Гареджа», «О славе Греми», «Ода» государю Александру и царице Нестан-Дареджан.
Поэмы Теймураза I: «Вардбулбулиани» («Соловей и роза»), «Шампарваниани» («Свеча и мотылек»), «Леил-Маджнуниани» («Лейла и Меджнун»), «Иосеб-Зилиханиани» («Юсиф и Зулейха») — считаются заимствованными из персидской литературы, однако их первоисточники до сих пор не обнаружены. Поэт заимствовал в этих произведениях лишь сюжетные мотивы, создавая на их основе оригинальные творения, достояние национальной культуры.
В творчестве Теймураза особое место занимают жалобы на коварство «бренного мира и судьбы». Это — одна из ведущих тем древнегрузинской литературы. Над этой вековечной проблемой ломали головы мыслители многих стран и народов, и нет ничего неожиданного в том, что в творчестве Теймураза она получила такое широкое отражение («Жалобы на мир» и др.). В поэзии Теймураза эти мотивы обусловлены тяжелой участью его родины. Трагедия эпохи определила судьбу Теймураза как царя и как поэта. В его творчестве личные переживания возвышены и обобщены до уровня страданий всего народа. Выражение этих страданий, сама судьба Теймураза и как царя, и как поэта связаны с эпохальными сдвигами, и он прежде всего выражает боль эпохи, страдания человека своего времени. Именно поэтому современники и восприняли Теймураза как великого писателя.
Теймураз усердно поддерживал отношения с Московским государством. В 1658 г. он посетил Москву, где вел переговоры с царем Алексеем Михайловичем. На протяжении всей жизни он оказывал сопротивление шаху Аббасу I, который не раз громил подвластную Теймуразу страну, замучил его мать, сестру, дочь и двух сыновей. В борьбе с кызылбашами погиб и его последний сын Давид. Теймураз не покорился, он всю жизнь оставался непреклонным борцом против могущественного Ирана. Умер он в ссылке в далеком Астарабаде.
Неустанно борясь против могущественного шаха Аббаса и его преемников, Теймураз испытывал влияние фарсиязычной поэзии, стремился перенести ее традиции на грузинскую почву. При этом он обращался не только к более поздним формалистическим произведениям фарсиязычных поэтов, но и к ее классическим образцам. «Сладость персидского языка породила во мне вожделение к стихотворчеству», — признавался он.
В своих лирических стихах Теймураз предельно искренен и выражает глубокую скорбь, порой переходящую в безысходное отчаяние. Так, в стихотворении «Жалоба на мир» он пишет:
Оглянись на мир бездумный — суетой ты соблазнен:
Кто вчера владел престолом, нынче предан и казнен,
Покорителя Вселенной жизни срок уже сочтен.
О, душа, уйди от мира — чем тебя прельщает он?
(Перевод И. Гуровой)
Поэт осуждает «тленный и вероломный мир», оплакивая судьбу своих близких, проклиная виновника народных и своих собственных бедствий — «кровопийцу», персидского шаха. Трогательно описывает Теймураз мученическую смерть своей матери Кетеваны, вызвавшую широкий резонанс во всей Европе (ее гибели посвящена известная трагедия А. Гриффиуса (1616—1664) «Катарина Грузинская, или Несокрушимая стойкость», а также ряд произведений и воспоминаний европейских авторов).
Кетевана была причислена впоследствии к лику святых. В поэме «Кетеваниани» Теймураз говорит в негодующих строках о зверствах полчищ шаха Аббаса в Кахети.
С мотивами тоски и скорби в поэзии Теймураза сочетаются мотивы чувственной любви («Спор вина и уст» и др.). Поэт пламенно воспевает любовные наслаждения и женскую красоту. Следуя поэтической манере некоторых фарсиязычных поэтов, Теймураз чрезвычайно увлекался словесной изощренностью. Он написал лирическую поэму «Маджама», отличающуюся виртуозностью формы, хотя и некоторой искусственностью и замысловатостью омонимичных стихов. Сравнительно немногие поэты и писатели последовали за Теймуразом. Из числа его последователей-современников следует упомянуть широкоизвестного поэта Нодара Цицишвили, переложившего на грузинский язык поэму о любовных похождениях Барам-Гура («Барамгуриани»).
#23
Отправлено 29 декабря 2008 - 17:47
***
XVII столетие, отличающееся резкими литературными сдвигами, возникновением новых литературных вкусов и эстетических принципов, оказало огромное влияние на всю национальную культуру Грузии и, в частности, на художественную литературу. Одним из зачинателей этих существенных перемен был Арчил II Багратиони (1647—1713).
Именно Арчил положил начало просветительскому движению в Грузии. Он смело приступил к переоценке литературных традиций, сформулировал передовые взгляды по таким узловым вопросам, как сущность литературы, ее специфика, цели и задачи. Основательное знание далекого исторического прошлого, как и современной жизни Грузии, дало ему возможность описывать не только сложные исторические явления и события, но и конкретный национальный быт. Его можно по праву считать первым грузинским писателем, уделившим внимание представителям низших социальных кругов, простым труженикам. Широко открыв двери демократическим идеям в литературе XVII в., он сформулировал демократические принципы, получившие в дальнейшем широкое развитие.
В произведениях Арчила, написанных с глубоким и страстным патриотическим чувством, со всей остротой были поставлены наиболее важные и сложные социальные проблемы того времени. Мудрыми назиданиями насыщена его дидактическая поэзия. Нравственное учение Арчила охватывает все сферы человеческой деятельности. Освоение античной дидактики, а также русских и западноевропейских эстетических учений, сделало его моральным наставником своих современников, и не только современников. Именно в творческом наследии Арчила надлежит искать истоки дидактики Давида Гурамишвили и Сулхана-Саба Орбелиани.
Дидактическая поэзия Арчила адресована представителям разных социальных слоев, разных профессий. Он с одинаковой смелостью осуждает безнравственность крепостного и помещика, с одинаковым вниманием и заинтересованностью наставляет крестьянина, ремесленника и воина, священника и купца. Произведения Арчила «Нравы Грузии», «Сто двустиший» и «Сто десять стихов» представляют собой в совокупности своеобразный этический трактат, содержащий нравственные нормы, соблюдая которые человек, а соответственно и все общество, могут избавиться от многих пороков. Таким образом, его назидательная поэзия представляет своего рода национально-государственную программу широких масштабов.
Важнейшим средством духовного оздоровления человека, избавления его от дурных нравственных качеств Арчил считает труд. Человек, занятый трудом, не только создает общественно-необходимые материальные ценности, но и, что не менее важно, избавляется от безнравственности; он уже не способен творить зло. По учению Арчила, добро должно составлять обязательное свойство человека. Труд и добро — основные рычаги, направляющие общество к возвышенной цели, обусловливающие самосовершенствование человека. Идеал автора — трудолюбивая, благородная и высоконравственная личность. После формулировки общеэтических норм автор дает чисто профессиональные советы людям, занятым разного рода деятельностью. Его учение о нравственности предусматривает различные аспекты общественной жизни, но главное для него, основа основ благосостояния народа — это правильное воспитание подрастающего поколения. Воспитание образованной и нравственно совершенной молодежи — залог процветания государства.
Арчил писал об отношении человека к жизни, о назначении человека, решая этот вопрос в оптимистическом духе. Теоретические высказывания, как и все творчество Арчила, оказали большое влияние на развитие грузинской литературы. Как первый грузинский просветитель, он с неиссякаемой энергией трудился во имя осуществления своей мечты о возрождении многострадальной родины. Несмотря на все тяготы лихолетья, Арчил настойчиво заботился о восстановлении и дальнейшем строительстве грузинских культурных центров. По его инициативе и под его руководством было реставрировано немало церквей и монастырей, служивших в то время крупными очагами образования и научной деятельности. Основатель первого грузинского литературно-научного центра в Москве, он первым издал в России грузинскую книгу и заложил основы для организации книгопечатания в Грузии.
Просветительская деятельность Арчила выразилась как в практической работе, так и в развитии новых передовых идей. Арчил начал утверждать примат разума, выдвинул идею свободы личности. Арчил возродил и продолжил традиции грузинского гуманизма. Вместе с тем в его идейном наследии можно найти своеобразное сочетание просветительских идей и этических начал христианского гуманизма.
Арчил II Багратиони смело и непреклонно выступал против персидско-турецкой агрессии, решительно придерживаясь русской ориентации. Со своим сыном Александром с 1699 г. он окончательно обосновался в селе Всехсвятском (около Москвы). Вскоре Александр стал ближайшим помощником отца в его культурно-просветительской деятельности и активно включился в переводческую работу, переведя с русского и западных языков ряд художественных и научных трудов.
Дальнейшему повышению авторитета Арчила в России способствовало и то обстоятельство, что его сын Александр Багратиони был соратником и близким другом Петра I. Еще в годы юности во время военных игр и упражнений будущего великого государя его сопровождал сверстник, грузинский царевич Александр. Не может также быть случайным, что к воспитанию Петра и Александра был причастен один из высокообразованных людей того времени и влиятельный вельможа В. В. Голицын. Александр был настолько интересной личностью, что о нем было известно Вольтеру и Лейбницу. Арчила и его сына Александра упоминали Пушкин и Некрасов.
Арчил положил начало грузинской колонии в России. Этой колонии суждено было впоследствии сыграть важную роль в деле сближения и укрепления дружбы между русским и грузинским народами, Арчил организовал во Всехсвятском грузинскую типографию и последние годы жизни целиком посвятил литературной и издательской деятельности. Умер Арчил в Москве в феврале 1713 г. и похоронен в Донском монастыре. Александр Арчилович ездил за границу вместе с Петром I. Там он получил солидное европейское образование, а по возвращении в Россию занял пост генерал-фельдцейхмейстера (начальника артиллерии). Александр попал в плен к шведам под Нарвой и погиб в плену в 1711 г.
Перу Арчила принадлежит замечательная во многих отношениях поэма «Спор Теймураза и Руставели». В предисловии к поэме автор поясняет: «Сказочной повести я предпочел сложить в стихи настоящую быль, и никакой неправды, кроме непосредственного спора между царем Теймуразом и Руставели, здесь не написано. И о жизни Грузии хорошо и верно рассказывается».
Арчил защищает основы своеобразно понимаемого художественного метода. Конечно, тут не может быть и речи о реализме в современном его толковании. Правдивость (реалистичность) Арчил II трактует довольно узко, совершенно игнорируя понятия типичности. Для Арчила реалистичен только исторический персонаж. Полемизируя с Руставели и Теймуразом, он упрекает их в том, что они воспевали выдуманных лиц и события, сам же обещает рассказать сущую правду из «отечественной» истории. Развивая принципы своего творчества, Арчил подчеркивает преимущество историко-национальной тематики. Поэзия Теймураза неприемлема для Арчила, потому что Теймураз, по мнению Арчила, во-первых, воспевал вымышленных героев, а во-вторых, разрабатывал чужеземный сюжет.
Арчил последователен и в разрешении языково-стилистических вопросов. С пуристических позиций критикует он «смешанный», полный варваризмов (персизмов и тюркизмов) язык и иноземную тематическую основу «Маджамы» Теймураза, а про свое сочинение говорит с полемическим задором: «Взамен «Маджамы» преподношу это, свое и от себя, ни у кого не заимствовал, сказано мною подлинным грузинским языком, другой язык сюда не примешан». Поэтические устремления Арчила нельзя не признать новым словом в истории грузинской общественной мысли вообще и художественной литературы в частности.
Поэма «Спор Теймураза и Руставели» написана в форме диалога двух выдающихся представителей грузинской поэзии. Каждый из них отстаивает свое литературное достоинство и подчеркивает недостатки «противника». В диспуте поставлены, а зачастую и разрешены многие актуальные вопросы социально-политического, бытового, культурного, а также историко-литературного характера. Особый интерес вызывают те вопросы и ответы соревнующихся поэтов, в которых они затрагивают современные им исторические события.
При изложении событий времен Руставели (XII в.) Арчил использовал известные литературные источники, повествование же Теймураза представляет собой тщательно обработанную, оригинальную художественную летопись грузинской жизни конца XVI в. и до третьей четверти XVII в.
Арчил создал определенную литературную школу, и его воззрения во многом определяли развитие грузинской литературы, ее художественно-творческую концепцию. Особое место занимает сформулированный Арчилом принцип «правдивого повествования».
Для Арчила одинаково «действительны» как события далекого прошлого, так и события жизни его старшего современника, Теймураза I, а персонажи «Вепхисткаосани» «сказочны», потому что они не существовали реально, исторически.
Поэт, по его убеждению, — трибун, который должен нелицеприятно обличать все недостатки, способствуя тем самым нравственному возвышению сограждан. Арчил подчеркивает, что в отражении действительности писатель должен проявлять искренность, каждое явление называть по имени: «Не называл я злом добра...»
Выдвинутый Арчилом принцип «правдивого повествования» подразумевает, с одной стороны, описание в литературе действительных, исторических событий, а с другой стороны — их беспристрастное отражение. Иначе говоря, исторические факты не должны искажаться, освещаться односторонне или поверхностно.
Органическую часть арчиловской концепции «правдивого повествования» составляет вопрос о национальной теме в литературе. Арчил осуждает чрезмерную увлеченность предшествовавших ему поэтов сказочной тематикой, а также темами и сюжетами иностранного происхождения. Он требует от писателей отображать грузинскую действительность. Принцип «правдивого повествования» и особенно требование Арчила отражать в литературе национальную тематику подготовляли идеологическую основу для дальнейшего развертывания национально-освободительной борьбы. Выступление против восточных фантастических сюжетов и тематики в поэзии соответствовало противостоянию восточным тираническим государствам, усилению и укреплению национальных позиций и проявлению политической ориентации на Запад и на Россию. Развитые Арчилом литературные воззрения были не только выражением личной, профессиональной склонности, но и одним из конкретных проявлений национальной политики, общей атмосферы решительного поворота к сохранению самобытности национальной культуры.
Арчил первым среди грузинских писателей обратил внимание современников на проблему взаимоотношения формы и содержания. В системе литературных воззрений Арчила особое место отводится вопросу об оригинальности сюжета и образов произведения, композиционной цельности и соразмерности. Он уделяет серьезное внимание ритмической, мелодичной структуре стиха и его эмоциональным аспектам. С принципом «правдивого повествования» и вопросом национальной тематики органически связывается и вопрос о чистоте языка, получивший особое значение в период постоянных вторжений и засилия чужеземных захватчиков. Арчилу принадлежат немалые заслуги и в этом отношении.
Несмотря на исключительно тяжелое политическое и экономическое положение своей родины, грузины времен Арчила жили широкими интеллектуальными интересами и не чуждались увлечения литературой, рассуждали о литературных событиях, спорили при оценке творчества того или иного поэта. Именно к этой литературной среде апеллирует Арчил, когда сопоставляет творчество Шота Руставели и Теймураза I.
Арчилу как поэту и теоретику принадлежат не только интересная трактовка проблем сущности и назначении поэзии, но и некоторые другие любопытные соображения и наблюдения. Чтобы понимать поэзию, подчеркивает он, необходимо обладать такими же тонким слухом и глубиной чувства, какие нужны для понимания музыки. Совершенно отчетливо представляет он все трудности и огромную ответственность, связанные с правильной оценкой художественного произведения.
Таким образом, Арчилу принадлежит видное место в становлении литературной критики в Грузии.
В изложении исторических событий автор не замыкается в рамках пассивной созерцательности, не довольствуется исторически точной фиксацией отдельных важных фактов. Он стремится раскрыть их внутренний смысл, дать оценку их общественно-политического значения, причем в обрисовке характеров и в освещении исторических событий Арчил проявляет определенную тенденцию, прямо заявляя: «Одних хвалю, других же порицаю».
Арчил ратует за единодержавное, сильное отечество. Но поэт удручен тем, что, по его мнению, уже иссякает героический дух грузинского народа и в сознании господствующего дворянского сословия утверждаются узкоэгоистические взгляды. Именно этим объясняются мотивы тоски и скорби, а также назидательная тенденция в поэзии Арчила. Поэт взывает к бесстрашным и бескорыстным, преданным родине героям, осуждает родовое высокомерие, прославляет личное достоинство человека, проповедует гуманное отношение к крепостным, ибо «если вымрет крестьянство, Грузия придет в полное расстройство».
Арчил первым поставил в грузинской литературе вопрос о несправедливости имущественного и социального неравенства людей. В «Споре человека с бренным миром» Арчил затрагивает издревле разрабатываемый в грузинской поэзии вопрос об отношении человека к жизни и о назначении человека. Надо сказать, что в решении этой проблемы Арчил занимает оптимистическую позицию. Хотя арчиловская концепция и носит религиозный оттенок, а его аргументация в ряде случаев доходит до крайнего практицизма, но главное все же состоит в том, что Арчил реалистически, здраво смотрит на жизнь, и видит назначение человека в творческой деятельности, непосредственно связанной с окружающим миром. Ему принадлежит интересное поэтическое послание по поводу победы русских над шведами под Полтавой. Он перевел с русского на грузинский язык так называемую сербскую «Александрию», а также несколько религиозных и исторических сочинений.
Арчил II имел многочисленных последователей в современной ему литературе: прежде всего Пешанги Берткадзе и Иосифа Саакадзе (Тбилели). Первому принадлежит написанная в панегирическом стиле историческая поэма «Шахнавазиани», посвященная в основном жизни и деятельности грузинского царя Вахтанга V (1658—1675), отца Арчила. Второй, Иосиф Саакадзе (Тбилели) — автор замечательной поэмы «Дидмоуравиани» («Жизнь великого Моурава» или Георгия Саакадзе).
Георгий Саакадзе, прославленный полководец и политический деятель конца XVI и первой четверти XVII в., мелкий дворянин, выступал с прогрессивной социально-политической программой и боролся с родовой знатью за объединение грузинских земель под властью единого монарха. Смелому выступлению Саакадзе не суждено было осуществиться в условиях Грузии того времени. Не найдя достаточной опоры на родной почве, Саакадзе решил использовать в своих целях мощь Ирана и Турции, что имело роковые последствия для Грузии. Волей-неволей Георгий Саакадзе скомпрометировал себя и трагически погиб на чужбине, изгнанный из своего отечества.
Автор поэмы «Дидмоуравиани» Иосиф Саакадзе поставил целью оправдать своего выдающегося сородича. В последней главе поэмы ее герой сетует на свою судьбу, оказавшуюся столь суровой к человеку, посвятившему себя защите родины и престола.
Знаменательно, что национально-патриотический пафос находил отражение во всех жанрах грузинской литературы XVII—XVIII вв. Он проявляется даже в литературных памятниках сказочного эпоса. В этом отношении интересно собрание сказочных повестей «Русуданиани», которое складывается в середине XVII в. Автор его неизвестен.
«Русуданиани» — произведение типа так называемого «обрамленного повествования», в сюжетную канву его внесены двенадцать сказочных рассказов. Наибольший интерес представляет фабульная основа «Русуданиани». Повесть эта носит аллегорический характер, в ней иносказательно описана тяжелая судьба Грузии под ярмом персидских шахов, веками творивших в порабощенной стране чудовищные беззакония и насилия. Они надругались над честью народа, заполняли гаремы грузинскими девушками, держали в плену представителей государственной власти. Все это весьма явственно проступает сквозь сказочную оболочку «Русуданиани». Вся повесть проникнута гневом и возмущением, направленными против персидско-кызылбашских завоевателей. Главная героиня повести, царица Русудан, воплощает в себе нежную материнскую любовь, супружескую верность и большой государственный ум. В образе ее находят выражение патриотические чувства грузинского народа.
На сказочном сюжетном фоне «Русуданиани» ярко вырисовывается обобщенный образ Грузии Позднего Средневековья. Произведение проникнуто характерной для грузинской литературы XVI—XVII вв. религиозно-христианской тенденцией. В «Русуданиани» использованы народные сказки и произведения древнегрузинской литературы. К сходному сказочному жанру относятся также «Варшакиани», «Сиринозиани», «Спилендз-Калакиани» и другие произведения.
Таким образом, XVII век был важным звеном в общем развитии литературного процесса в позднефеодальной Грузии, обусловившим преодоление некоторых изживших себя литературных традиций и поворот к русско-европейской цивилизации.
XVII столетие, отличающееся резкими литературными сдвигами, возникновением новых литературных вкусов и эстетических принципов, оказало огромное влияние на всю национальную культуру Грузии и, в частности, на художественную литературу. Одним из зачинателей этих существенных перемен был Арчил II Багратиони (1647—1713).
Именно Арчил положил начало просветительскому движению в Грузии. Он смело приступил к переоценке литературных традиций, сформулировал передовые взгляды по таким узловым вопросам, как сущность литературы, ее специфика, цели и задачи. Основательное знание далекого исторического прошлого, как и современной жизни Грузии, дало ему возможность описывать не только сложные исторические явления и события, но и конкретный национальный быт. Его можно по праву считать первым грузинским писателем, уделившим внимание представителям низших социальных кругов, простым труженикам. Широко открыв двери демократическим идеям в литературе XVII в., он сформулировал демократические принципы, получившие в дальнейшем широкое развитие.
В произведениях Арчила, написанных с глубоким и страстным патриотическим чувством, со всей остротой были поставлены наиболее важные и сложные социальные проблемы того времени. Мудрыми назиданиями насыщена его дидактическая поэзия. Нравственное учение Арчила охватывает все сферы человеческой деятельности. Освоение античной дидактики, а также русских и западноевропейских эстетических учений, сделало его моральным наставником своих современников, и не только современников. Именно в творческом наследии Арчила надлежит искать истоки дидактики Давида Гурамишвили и Сулхана-Саба Орбелиани.
Дидактическая поэзия Арчила адресована представителям разных социальных слоев, разных профессий. Он с одинаковой смелостью осуждает безнравственность крепостного и помещика, с одинаковым вниманием и заинтересованностью наставляет крестьянина, ремесленника и воина, священника и купца. Произведения Арчила «Нравы Грузии», «Сто двустиший» и «Сто десять стихов» представляют собой в совокупности своеобразный этический трактат, содержащий нравственные нормы, соблюдая которые человек, а соответственно и все общество, могут избавиться от многих пороков. Таким образом, его назидательная поэзия представляет своего рода национально-государственную программу широких масштабов.
Важнейшим средством духовного оздоровления человека, избавления его от дурных нравственных качеств Арчил считает труд. Человек, занятый трудом, не только создает общественно-необходимые материальные ценности, но и, что не менее важно, избавляется от безнравственности; он уже не способен творить зло. По учению Арчила, добро должно составлять обязательное свойство человека. Труд и добро — основные рычаги, направляющие общество к возвышенной цели, обусловливающие самосовершенствование человека. Идеал автора — трудолюбивая, благородная и высоконравственная личность. После формулировки общеэтических норм автор дает чисто профессиональные советы людям, занятым разного рода деятельностью. Его учение о нравственности предусматривает различные аспекты общественной жизни, но главное для него, основа основ благосостояния народа — это правильное воспитание подрастающего поколения. Воспитание образованной и нравственно совершенной молодежи — залог процветания государства.
Арчил писал об отношении человека к жизни, о назначении человека, решая этот вопрос в оптимистическом духе. Теоретические высказывания, как и все творчество Арчила, оказали большое влияние на развитие грузинской литературы. Как первый грузинский просветитель, он с неиссякаемой энергией трудился во имя осуществления своей мечты о возрождении многострадальной родины. Несмотря на все тяготы лихолетья, Арчил настойчиво заботился о восстановлении и дальнейшем строительстве грузинских культурных центров. По его инициативе и под его руководством было реставрировано немало церквей и монастырей, служивших в то время крупными очагами образования и научной деятельности. Основатель первого грузинского литературно-научного центра в Москве, он первым издал в России грузинскую книгу и заложил основы для организации книгопечатания в Грузии.
Просветительская деятельность Арчила выразилась как в практической работе, так и в развитии новых передовых идей. Арчил начал утверждать примат разума, выдвинул идею свободы личности. Арчил возродил и продолжил традиции грузинского гуманизма. Вместе с тем в его идейном наследии можно найти своеобразное сочетание просветительских идей и этических начал христианского гуманизма.
Арчил II Багратиони смело и непреклонно выступал против персидско-турецкой агрессии, решительно придерживаясь русской ориентации. Со своим сыном Александром с 1699 г. он окончательно обосновался в селе Всехсвятском (около Москвы). Вскоре Александр стал ближайшим помощником отца в его культурно-просветительской деятельности и активно включился в переводческую работу, переведя с русского и западных языков ряд художественных и научных трудов.
Дальнейшему повышению авторитета Арчила в России способствовало и то обстоятельство, что его сын Александр Багратиони был соратником и близким другом Петра I. Еще в годы юности во время военных игр и упражнений будущего великого государя его сопровождал сверстник, грузинский царевич Александр. Не может также быть случайным, что к воспитанию Петра и Александра был причастен один из высокообразованных людей того времени и влиятельный вельможа В. В. Голицын. Александр был настолько интересной личностью, что о нем было известно Вольтеру и Лейбницу. Арчила и его сына Александра упоминали Пушкин и Некрасов.
Арчил положил начало грузинской колонии в России. Этой колонии суждено было впоследствии сыграть важную роль в деле сближения и укрепления дружбы между русским и грузинским народами, Арчил организовал во Всехсвятском грузинскую типографию и последние годы жизни целиком посвятил литературной и издательской деятельности. Умер Арчил в Москве в феврале 1713 г. и похоронен в Донском монастыре. Александр Арчилович ездил за границу вместе с Петром I. Там он получил солидное европейское образование, а по возвращении в Россию занял пост генерал-фельдцейхмейстера (начальника артиллерии). Александр попал в плен к шведам под Нарвой и погиб в плену в 1711 г.
Перу Арчила принадлежит замечательная во многих отношениях поэма «Спор Теймураза и Руставели». В предисловии к поэме автор поясняет: «Сказочной повести я предпочел сложить в стихи настоящую быль, и никакой неправды, кроме непосредственного спора между царем Теймуразом и Руставели, здесь не написано. И о жизни Грузии хорошо и верно рассказывается».
Арчил защищает основы своеобразно понимаемого художественного метода. Конечно, тут не может быть и речи о реализме в современном его толковании. Правдивость (реалистичность) Арчил II трактует довольно узко, совершенно игнорируя понятия типичности. Для Арчила реалистичен только исторический персонаж. Полемизируя с Руставели и Теймуразом, он упрекает их в том, что они воспевали выдуманных лиц и события, сам же обещает рассказать сущую правду из «отечественной» истории. Развивая принципы своего творчества, Арчил подчеркивает преимущество историко-национальной тематики. Поэзия Теймураза неприемлема для Арчила, потому что Теймураз, по мнению Арчила, во-первых, воспевал вымышленных героев, а во-вторых, разрабатывал чужеземный сюжет.
Арчил последователен и в разрешении языково-стилистических вопросов. С пуристических позиций критикует он «смешанный», полный варваризмов (персизмов и тюркизмов) язык и иноземную тематическую основу «Маджамы» Теймураза, а про свое сочинение говорит с полемическим задором: «Взамен «Маджамы» преподношу это, свое и от себя, ни у кого не заимствовал, сказано мною подлинным грузинским языком, другой язык сюда не примешан». Поэтические устремления Арчила нельзя не признать новым словом в истории грузинской общественной мысли вообще и художественной литературы в частности.
Поэма «Спор Теймураза и Руставели» написана в форме диалога двух выдающихся представителей грузинской поэзии. Каждый из них отстаивает свое литературное достоинство и подчеркивает недостатки «противника». В диспуте поставлены, а зачастую и разрешены многие актуальные вопросы социально-политического, бытового, культурного, а также историко-литературного характера. Особый интерес вызывают те вопросы и ответы соревнующихся поэтов, в которых они затрагивают современные им исторические события.
При изложении событий времен Руставели (XII в.) Арчил использовал известные литературные источники, повествование же Теймураза представляет собой тщательно обработанную, оригинальную художественную летопись грузинской жизни конца XVI в. и до третьей четверти XVII в.
Арчил создал определенную литературную школу, и его воззрения во многом определяли развитие грузинской литературы, ее художественно-творческую концепцию. Особое место занимает сформулированный Арчилом принцип «правдивого повествования».
Для Арчила одинаково «действительны» как события далекого прошлого, так и события жизни его старшего современника, Теймураза I, а персонажи «Вепхисткаосани» «сказочны», потому что они не существовали реально, исторически.
Поэт, по его убеждению, — трибун, который должен нелицеприятно обличать все недостатки, способствуя тем самым нравственному возвышению сограждан. Арчил подчеркивает, что в отражении действительности писатель должен проявлять искренность, каждое явление называть по имени: «Не называл я злом добра...»
Выдвинутый Арчилом принцип «правдивого повествования» подразумевает, с одной стороны, описание в литературе действительных, исторических событий, а с другой стороны — их беспристрастное отражение. Иначе говоря, исторические факты не должны искажаться, освещаться односторонне или поверхностно.
Органическую часть арчиловской концепции «правдивого повествования» составляет вопрос о национальной теме в литературе. Арчил осуждает чрезмерную увлеченность предшествовавших ему поэтов сказочной тематикой, а также темами и сюжетами иностранного происхождения. Он требует от писателей отображать грузинскую действительность. Принцип «правдивого повествования» и особенно требование Арчила отражать в литературе национальную тематику подготовляли идеологическую основу для дальнейшего развертывания национально-освободительной борьбы. Выступление против восточных фантастических сюжетов и тематики в поэзии соответствовало противостоянию восточным тираническим государствам, усилению и укреплению национальных позиций и проявлению политической ориентации на Запад и на Россию. Развитые Арчилом литературные воззрения были не только выражением личной, профессиональной склонности, но и одним из конкретных проявлений национальной политики, общей атмосферы решительного поворота к сохранению самобытности национальной культуры.
Арчил первым среди грузинских писателей обратил внимание современников на проблему взаимоотношения формы и содержания. В системе литературных воззрений Арчила особое место отводится вопросу об оригинальности сюжета и образов произведения, композиционной цельности и соразмерности. Он уделяет серьезное внимание ритмической, мелодичной структуре стиха и его эмоциональным аспектам. С принципом «правдивого повествования» и вопросом национальной тематики органически связывается и вопрос о чистоте языка, получивший особое значение в период постоянных вторжений и засилия чужеземных захватчиков. Арчилу принадлежат немалые заслуги и в этом отношении.
Несмотря на исключительно тяжелое политическое и экономическое положение своей родины, грузины времен Арчила жили широкими интеллектуальными интересами и не чуждались увлечения литературой, рассуждали о литературных событиях, спорили при оценке творчества того или иного поэта. Именно к этой литературной среде апеллирует Арчил, когда сопоставляет творчество Шота Руставели и Теймураза I.
Арчилу как поэту и теоретику принадлежат не только интересная трактовка проблем сущности и назначении поэзии, но и некоторые другие любопытные соображения и наблюдения. Чтобы понимать поэзию, подчеркивает он, необходимо обладать такими же тонким слухом и глубиной чувства, какие нужны для понимания музыки. Совершенно отчетливо представляет он все трудности и огромную ответственность, связанные с правильной оценкой художественного произведения.
Таким образом, Арчилу принадлежит видное место в становлении литературной критики в Грузии.
В изложении исторических событий автор не замыкается в рамках пассивной созерцательности, не довольствуется исторически точной фиксацией отдельных важных фактов. Он стремится раскрыть их внутренний смысл, дать оценку их общественно-политического значения, причем в обрисовке характеров и в освещении исторических событий Арчил проявляет определенную тенденцию, прямо заявляя: «Одних хвалю, других же порицаю».
Арчил ратует за единодержавное, сильное отечество. Но поэт удручен тем, что, по его мнению, уже иссякает героический дух грузинского народа и в сознании господствующего дворянского сословия утверждаются узкоэгоистические взгляды. Именно этим объясняются мотивы тоски и скорби, а также назидательная тенденция в поэзии Арчила. Поэт взывает к бесстрашным и бескорыстным, преданным родине героям, осуждает родовое высокомерие, прославляет личное достоинство человека, проповедует гуманное отношение к крепостным, ибо «если вымрет крестьянство, Грузия придет в полное расстройство».
Арчил первым поставил в грузинской литературе вопрос о несправедливости имущественного и социального неравенства людей. В «Споре человека с бренным миром» Арчил затрагивает издревле разрабатываемый в грузинской поэзии вопрос об отношении человека к жизни и о назначении человека. Надо сказать, что в решении этой проблемы Арчил занимает оптимистическую позицию. Хотя арчиловская концепция и носит религиозный оттенок, а его аргументация в ряде случаев доходит до крайнего практицизма, но главное все же состоит в том, что Арчил реалистически, здраво смотрит на жизнь, и видит назначение человека в творческой деятельности, непосредственно связанной с окружающим миром. Ему принадлежит интересное поэтическое послание по поводу победы русских над шведами под Полтавой. Он перевел с русского на грузинский язык так называемую сербскую «Александрию», а также несколько религиозных и исторических сочинений.
Арчил II имел многочисленных последователей в современной ему литературе: прежде всего Пешанги Берткадзе и Иосифа Саакадзе (Тбилели). Первому принадлежит написанная в панегирическом стиле историческая поэма «Шахнавазиани», посвященная в основном жизни и деятельности грузинского царя Вахтанга V (1658—1675), отца Арчила. Второй, Иосиф Саакадзе (Тбилели) — автор замечательной поэмы «Дидмоуравиани» («Жизнь великого Моурава» или Георгия Саакадзе).
Георгий Саакадзе, прославленный полководец и политический деятель конца XVI и первой четверти XVII в., мелкий дворянин, выступал с прогрессивной социально-политической программой и боролся с родовой знатью за объединение грузинских земель под властью единого монарха. Смелому выступлению Саакадзе не суждено было осуществиться в условиях Грузии того времени. Не найдя достаточной опоры на родной почве, Саакадзе решил использовать в своих целях мощь Ирана и Турции, что имело роковые последствия для Грузии. Волей-неволей Георгий Саакадзе скомпрометировал себя и трагически погиб на чужбине, изгнанный из своего отечества.
Автор поэмы «Дидмоуравиани» Иосиф Саакадзе поставил целью оправдать своего выдающегося сородича. В последней главе поэмы ее герой сетует на свою судьбу, оказавшуюся столь суровой к человеку, посвятившему себя защите родины и престола.
Знаменательно, что национально-патриотический пафос находил отражение во всех жанрах грузинской литературы XVII—XVIII вв. Он проявляется даже в литературных памятниках сказочного эпоса. В этом отношении интересно собрание сказочных повестей «Русуданиани», которое складывается в середине XVII в. Автор его неизвестен.
«Русуданиани» — произведение типа так называемого «обрамленного повествования», в сюжетную канву его внесены двенадцать сказочных рассказов. Наибольший интерес представляет фабульная основа «Русуданиани». Повесть эта носит аллегорический характер, в ней иносказательно описана тяжелая судьба Грузии под ярмом персидских шахов, веками творивших в порабощенной стране чудовищные беззакония и насилия. Они надругались над честью народа, заполняли гаремы грузинскими девушками, держали в плену представителей государственной власти. Все это весьма явственно проступает сквозь сказочную оболочку «Русуданиани». Вся повесть проникнута гневом и возмущением, направленными против персидско-кызылбашских завоевателей. Главная героиня повести, царица Русудан, воплощает в себе нежную материнскую любовь, супружескую верность и большой государственный ум. В образе ее находят выражение патриотические чувства грузинского народа.
На сказочном сюжетном фоне «Русуданиани» ярко вырисовывается обобщенный образ Грузии Позднего Средневековья. Произведение проникнуто характерной для грузинской литературы XVI—XVII вв. религиозно-христианской тенденцией. В «Русуданиани» использованы народные сказки и произведения древнегрузинской литературы. К сходному сказочному жанру относятся также «Варшакиани», «Сиринозиани», «Спилендз-Калакиани» и другие произведения.
Таким образом, XVII век был важным звеном в общем развитии литературного процесса в позднефеодальной Грузии, обусловившим преодоление некоторых изживших себя литературных традиций и поворот к русско-европейской цивилизации.
#24
Отправлено 29 декабря 2008 - 20:25
АРЧИЛ II
(1647-1713)
--------------------------------------------------------------------------------
Перевод К.Липскерова
НРАВЫ ГРУЗИИ
(Отрывок)
Знатный, простой ли, богатство принявший волей святою,
Сам ли всё добыл, наследства ль счастлив мошной золотою,—
Но, нарядясь, приодень ты мучимых днесь наготою.
Позже—о пире. Вседневно ж снедью питайся простою.
Пищу голодному вышли, если он встал у порога,
Пусть там один притулился, пусть там столпилось их много.
Да не одним только старцам—всем твоя будет подмога!
В летопись дел своих впишешь ты благодарность от бога.
Издали- друга завидя—выйти встречать его надо.
Дай ему всё, не жалея: жить одаряя—услада.
О, преходящий! Поверь мне: нас не минует награда:
Доброе имя в потомстве лучше великого клада!
Поясом храбрости, веры вы препояшьтесь великим,—
Верностью родине вашей, верностью вашим владыкам.
К бою коня приучайте, к дебрям охотничьим, диким.
Лучший из вас—всех проворней внемлет начальника кликам.
В дни благодати господней люд наслаждается миром.
С другом скачи на ловитве, следуй за царским подиром.
Яствами тешься с друзьями, тешься весельем да пиром.
Любо и дома: с сестрою, с братом не будешь ты сирым.
Правда, порой нам приятны ткани цветного наряда.
Доблестный, пышно одетый—радость для нашего взгляда.
Конь и броня на достойном — нашему взору отрада.
Хилого как ни нарядишь,—встреча с ним—только досада.
Лучшим для мужа нарядом всё же сочту добронравье,
Мудрость в служении богу, в мире—обычаев знанье,
Дар красноречья, пристойность, истины распознаванье,
Многих поступков бесчинных чинное непризнаванье.
Лучший! Его не узнаешь: душу таит молчаливо.
Всё же на подвиг великий, ведай, он выступит живо.
Доброе злом я не назвал, мир не судился мной криво.
В мудрости будь изощрённым, будь и меж эллинов—диво.
Хватит и этого! Всё же доблестей прочих немало.
Надо, чтоб пел, в мяч играл ты, длань чтобы стрелы метала.
В битвах стихами, в забавах—явно благое начало.
В мире лишь спесь неразумных радостью пренебрегала.
Труд—добродетель. С отрадой бродим, труды наблюдая.
Землю готовят, сажают лозы от края до края.
Кротче становятся люди в добрые дни урожая.
Библии верен владетель, труд с батраком разделяя.
Хочет учитель не трудным сделать наук усвоенье.
Трудное учит частями, детям неся облегченье.
Дольку осмысливший может передохнуть на мгновенье.
Исподволь всё распознавший горд изобильем ученья.
Знанья! Сравнимое с ними в мире сыскали мы где бы?
В корне не сохнут, плоды их—лучшая наша потреба.
С нами—повсюду, в дороге знанья—насущнее хлеба.
Кто разлучит нас? Над нами ширятся куполом неба.
Много есть качеств, хоть, правда, мудрость прекраснее прочих.
Плохо ли басни измыслить, сказки рассказывать к ночи?
Думал о всех я поведать, только я слышу: короче!
Этих довольно, чтоб жить нам, злом бытие не пороча.
(1647-1713)
--------------------------------------------------------------------------------
Перевод К.Липскерова
НРАВЫ ГРУЗИИ
(Отрывок)
Знатный, простой ли, богатство принявший волей святою,
Сам ли всё добыл, наследства ль счастлив мошной золотою,—
Но, нарядясь, приодень ты мучимых днесь наготою.
Позже—о пире. Вседневно ж снедью питайся простою.
Пищу голодному вышли, если он встал у порога,
Пусть там один притулился, пусть там столпилось их много.
Да не одним только старцам—всем твоя будет подмога!
В летопись дел своих впишешь ты благодарность от бога.
Издали- друга завидя—выйти встречать его надо.
Дай ему всё, не жалея: жить одаряя—услада.
О, преходящий! Поверь мне: нас не минует награда:
Доброе имя в потомстве лучше великого клада!
Поясом храбрости, веры вы препояшьтесь великим,—
Верностью родине вашей, верностью вашим владыкам.
К бою коня приучайте, к дебрям охотничьим, диким.
Лучший из вас—всех проворней внемлет начальника кликам.
В дни благодати господней люд наслаждается миром.
С другом скачи на ловитве, следуй за царским подиром.
Яствами тешься с друзьями, тешься весельем да пиром.
Любо и дома: с сестрою, с братом не будешь ты сирым.
Правда, порой нам приятны ткани цветного наряда.
Доблестный, пышно одетый—радость для нашего взгляда.
Конь и броня на достойном — нашему взору отрада.
Хилого как ни нарядишь,—встреча с ним—только досада.
Лучшим для мужа нарядом всё же сочту добронравье,
Мудрость в служении богу, в мире—обычаев знанье,
Дар красноречья, пристойность, истины распознаванье,
Многих поступков бесчинных чинное непризнаванье.
Лучший! Его не узнаешь: душу таит молчаливо.
Всё же на подвиг великий, ведай, он выступит живо.
Доброе злом я не назвал, мир не судился мной криво.
В мудрости будь изощрённым, будь и меж эллинов—диво.
Хватит и этого! Всё же доблестей прочих немало.
Надо, чтоб пел, в мяч играл ты, длань чтобы стрелы метала.
В битвах стихами, в забавах—явно благое начало.
В мире лишь спесь неразумных радостью пренебрегала.
Труд—добродетель. С отрадой бродим, труды наблюдая.
Землю готовят, сажают лозы от края до края.
Кротче становятся люди в добрые дни урожая.
Библии верен владетель, труд с батраком разделяя.
Хочет учитель не трудным сделать наук усвоенье.
Трудное учит частями, детям неся облегченье.
Дольку осмысливший может передохнуть на мгновенье.
Исподволь всё распознавший горд изобильем ученья.
Знанья! Сравнимое с ними в мире сыскали мы где бы?
В корне не сохнут, плоды их—лучшая наша потреба.
С нами—повсюду, в дороге знанья—насущнее хлеба.
Кто разлучит нас? Над нами ширятся куполом неба.
Много есть качеств, хоть, правда, мудрость прекраснее прочих.
Плохо ли басни измыслить, сказки рассказывать к ночи?
Думал о всех я поведать, только я слышу: короче!
Этих довольно, чтоб жить нам, злом бытие не пороча.
Спокойствие и только спокойствие...
#25
Отправлено 28 сентября 2009 - 22:51
Три памятника грузинской культуры вошли в список ЮНЕСКО
03 июля 2008, 10:37
В Список культурного наследия ЮНЕСКО вошли три достопримечательности Грузии: архитектурно-ландшафтный комплекс в Мцхета, Гелатский монастырский комплекс и храм Баграта в Кутаиси. После проведения здесь реставрационных работ посещение их туристами будет комфортнее.
ЮНЕСКО также составила и список памятников, которые могут быть интересны для иностранных экспертов, сообщает Грузия Online. В их число вошли область Сванети, Давидо-Гареджийский монастырский комплекс, средневековый храм Греми, монастырь Некреси, пещерный город Уплисцихе и другие достопримечательности Грузии.
http://www.travel.ru.../03/124727.html
03 июля 2008, 10:37
В Список культурного наследия ЮНЕСКО вошли три достопримечательности Грузии: архитектурно-ландшафтный комплекс в Мцхета, Гелатский монастырский комплекс и храм Баграта в Кутаиси. После проведения здесь реставрационных работ посещение их туристами будет комфортнее.
ЮНЕСКО также составила и список памятников, которые могут быть интересны для иностранных экспертов, сообщает Грузия Online. В их число вошли область Сванети, Давидо-Гареджийский монастырский комплекс, средневековый храм Греми, монастырь Некреси, пещерный город Уплисцихе и другие достопримечательности Грузии.
http://www.travel.ru.../03/124727.html
Сообщение отредактировал rostmari: 28 сентября 2009 - 22:51
#26
Отправлено 30 сентября 2009 - 01:14
Архитектура и изобразительное искусство Аджарии с древнейших времен до 1970-х годов
В Аджарии сохранились памятники архитектуры дофеодального периода (крепость Гонио), остатки византийского города-крепости Петра (основанного в VI веке) с развалинами трехнефной базилики и бань в Цихисдзири. К эпохе существования Грузинского царства (X-XIII вв.) относятся крепость Тамарисцихе, большая зальная церковь с резным декором фасадов в Схалте (XIII в.), одноарочные мосты в Махо, Махунцети, Дандало, Пуртио и др. В период турецкого господства архитектура Аджарии переживает упадок. В конце XIX - начале XX веков строительство оживляется; в Батуми и его окрестностях появляются частные дачи и жилые дома в духе эклектики.
За годы Советской власти строительство Батуми и курортов (Кобулети, Махинджаури, Цихисдзири и др.) развернулось особенно широко. В Батуми были построены: гостиница "Интурист" (1939, архитектор А. В. Щусев), Летний театр (1948, архитектор К. И Джавахишвили, Б. М. Киракосян), Драматический театр (1952, архитектор Л. С. Теплицкий), кинотеатр "Тбилиси" (1964, архитектор Н. Абашидзе), много жилых домов. В 1958 году были утверждены генеральные планы Батуми и Кобулети. В народной архитектуре Аджарии преобладают 2-3-этажные жилища (нижний этаж каменный или кирпичный, верхние - деревянные) с балконами и галереей по фасаду, иногда по другим сторонам дома; перила балконов, двери, потолки украшаются резьбой. Распространены срубные хозяйственные постройки.
Профессиональное изобразительное искусство появилось в Аджарии только в XX веке, главным образом после установления Советской власти (1921). Создаются картины на исторически-революционные темы (Ш. Г. Холуашвили, Н. Н. Яковенко), пейзажи (С. Н. Артмеладзе, Ш. А. Замтарадзе, Х. Д. Инаишвили), портреты (Ш. Г. Холуашвили). Развивались скульптура (Т. П. Чантуриа, М. А. Болквадзе), графика (Г. А. Сеченьян, Д. Х. Имнаишвили, В. О. Сеидишвили), театрально-декорационное искусство (Д. Х. Имнаишвили, А. М. Филиппов) монументально-декоративное искусство (Т. М. Джалагания), декоративно-прикладное искусство (Ш. И. Квернадзе, О. Чачуа). Народное искусство Аджарии издавна представлено резьбой по дереву, художественной обработкой металла, вышивкой.
Источники:
Большая советская энциклопедия. 3-е издание. - М., 1970-77.
В Аджарии сохранились памятники архитектуры дофеодального периода (крепость Гонио), остатки византийского города-крепости Петра (основанного в VI веке) с развалинами трехнефной базилики и бань в Цихисдзири. К эпохе существования Грузинского царства (X-XIII вв.) относятся крепость Тамарисцихе, большая зальная церковь с резным декором фасадов в Схалте (XIII в.), одноарочные мосты в Махо, Махунцети, Дандало, Пуртио и др. В период турецкого господства архитектура Аджарии переживает упадок. В конце XIX - начале XX веков строительство оживляется; в Батуми и его окрестностях появляются частные дачи и жилые дома в духе эклектики.
За годы Советской власти строительство Батуми и курортов (Кобулети, Махинджаури, Цихисдзири и др.) развернулось особенно широко. В Батуми были построены: гостиница "Интурист" (1939, архитектор А. В. Щусев), Летний театр (1948, архитектор К. И Джавахишвили, Б. М. Киракосян), Драматический театр (1952, архитектор Л. С. Теплицкий), кинотеатр "Тбилиси" (1964, архитектор Н. Абашидзе), много жилых домов. В 1958 году были утверждены генеральные планы Батуми и Кобулети. В народной архитектуре Аджарии преобладают 2-3-этажные жилища (нижний этаж каменный или кирпичный, верхние - деревянные) с балконами и галереей по фасаду, иногда по другим сторонам дома; перила балконов, двери, потолки украшаются резьбой. Распространены срубные хозяйственные постройки.
Профессиональное изобразительное искусство появилось в Аджарии только в XX веке, главным образом после установления Советской власти (1921). Создаются картины на исторически-революционные темы (Ш. Г. Холуашвили, Н. Н. Яковенко), пейзажи (С. Н. Артмеладзе, Ш. А. Замтарадзе, Х. Д. Инаишвили), портреты (Ш. Г. Холуашвили). Развивались скульптура (Т. П. Чантуриа, М. А. Болквадзе), графика (Г. А. Сеченьян, Д. Х. Имнаишвили, В. О. Сеидишвили), театрально-декорационное искусство (Д. Х. Имнаишвили, А. М. Филиппов) монументально-декоративное искусство (Т. М. Джалагания), декоративно-прикладное искусство (Ш. И. Квернадзе, О. Чачуа). Народное искусство Аджарии издавна представлено резьбой по дереву, художественной обработкой металла, вышивкой.
Источники:
Большая советская энциклопедия. 3-е издание. - М., 1970-77.
#27
Отправлено 18 мая 2011 - 12:59
Не знаю, насколько соответствует эта тема тем старым фото 1946 года из домашнего альбома, которые я здесь помещаю. Надеюсь, они вызовут интерес. Эти фото, повторяю, из домашнего альбома и изначально не предполагались к "опубликованию" поскольку имеют очень частный характер. Но, тем не менее...
Сжато - 1 фото.jpg 47,21К
4 Количество загрузок:
Сжато и обр. - 1 фото подписано на обороте.jpg 25,53К
7 Количество загрузок:
Сжато фото 2.jpg 35,87К
3 Количество загрузок:
Сжато фото 2 подписано на обороте.jpg 24,8К
2 Количество загрузок:
Сжато фото 3.jpg 28,06К
2 Количество загрузок:
Сжато фото 3 подписано на обороте.jpg 30,47К
2 Количество загрузок:
Автор В.Г. Мачавариани
![Прикрепленный файл](https://batumionline.net/forums/public/style_extra/mime_types/gif.gif)
![Прикрепленный файл](https://batumionline.net/forums/public/style_extra/mime_types/gif.gif)
![Прикрепленный файл](https://batumionline.net/forums/public/style_extra/mime_types/gif.gif)
![Прикрепленный файл](https://batumionline.net/forums/public/style_extra/mime_types/gif.gif)
![Прикрепленный файл](https://batumionline.net/forums/public/style_extra/mime_types/gif.gif)
![Прикрепленный файл](https://batumionline.net/forums/public/style_extra/mime_types/gif.gif)
Автор В.Г. Мачавариани
Количество пользователей, читающих эту тему: 2
0 пользователей, 2 гостей, 0 анонимных
©2007-
batumionline.net Использование материалов сайта допускается только при наличии гиперссылки на сайт Реклама на batumionline.net Раздел технической поддержки пользователей | Обратная связь |
![]() |